Из воспоминаний Г.Чухрая - режиссера фильма (мне лично фильм ОЧЕНЬ нравится!): кстати,сценарий к фильму написал Виктор Конецкий...
Боцмана Россомаху играл один из самых популярных в те времена актеров — Борис Федорович Андреев. Андреева я хорошо знал — он дружил с моими родителями и часто бывал у нас дома, — приходил в гости со своей женой Галей.
В фильме “Путь к причалу” есть сцена: боцман, у которого вся жизнь прошла на кораблях, а на берегу ни кола ни двора, выпил с приятелем, вышел на берег и стал ногами бить волны. В Баренцевом море вода очень холодная, мы хотели снимать дублера, но Андреев запротестовал: “Никаких дублеров, Россомаху играю я”.
В Мурманске моря нет — там залив. Решили снять эту сцену на Кильдине. Узнав, что в фильме снимается Андреев, командующий выделил нам для этих съемок свой адмиральский катер. Аппаратуру и часть съемочной группы погрузили на спасатель, а Андреев, Конецкий, Ниточкин, гримерша Нелли и я пошли на катер. Постояли на палубе, потом спустились в кают-компанию. Пришел капитан и спросил, кто у нас главный. Андреев показал на меня.
— Вот он и вы, товарищ Андреев, можете остаться здесь, а остальных попрошу выйти на палубу.
— Там же ветер, снег с дождем!
— Порядок есть порядок. Этот адмиральский катер попросил Борис Федорович.
— Я уже сделал исключение — разрешил пребывание здесь вот этого товари-
ща, — он показал на меня. — Ведь командующий выделил катер только для вас, товарищ Андреев. Так что остальных прошу покинуть помещение.
— Пошли отсюда, — сказал Андреев.
По рации связались со спасателем, он пришвартовался к катеру, и мы перешли на него. На спасателе к вечеру подошли к Кильдину, бросили якорь. А к спасателю пришвартовался адмиральский катер, — им было приказано идти с нами, они и пришли.
Капитан адмиральского катера пришел ко мне в каюту и попросил у меня разрешения пригласить товарища Андреева к ним на судно на ужин.
— Андреев свободный человек, пусть идет. Но потом ко мне ни с какими претензиями не обращайтесь, — сказал я.
Через два часа прибежал капитан с разбитой губой и взмолился:
— Товарищ режиссер, заберите товарища Андреева! У меня вся команда на мачте сидит.
....
На следующий день снимали сцену “боцман и волны”. Сцена условная: сыграть, как человек мстит воде, очень трудно. Два часа на пронизывающем холодном ветру Андреев, в мокрой одежде и без переодеваний, искал варианты. Сняли четырнадцать дублей. (С Андреевым работалось легко: он был думающим, дисциплинированным и самоотверженным актером.)
Отсняв эту сцену, Ниточкин стал снимать пейзажные кадры, а мы с Андреевым решили осмотреть остров. Со стороны Баренцева моря берег отвесный и высокий. Полезли наверх. Вскарабкались, пошли. И вдруг слышим окрик:
— Стоять!
Из окопа на нас были направлены дула автоматов.
— Руки вверх!
Мы подняли руки. Стоим. Из окопа доносится какое-то шушуканье.
— Долго нам так стоять? — сказал Андреев. — Почесаться-то можно?
— Я же говорю, что это актер Андреев! — из окопа поднялся лейтенант, а за
ним — три солдата.
— Мы ваш голос сразу узнали! Это вы там внизу сымались?
— Я.
Лейтенант включил рацию и возбужденно сообщил:
— Товарищ подполковник, здесь у нас актер Борис Андреев стоит! Это он по воде ногами лупил! Есть! Ждем! Нет, не отпущу!
Через минуту подъехал газик, оттуда выскочил подполковник:
— Сам Борис Андреев, живой, здесь, на Кильдине! Такой гость! — И лейте-
нанту: — Такой гость, а принять по-человечески не можем, даже НЗ нет! — И опять Андрееву: — Садитесь, Борис Федорович, поедем к нам, хоть пообедаем!
— Спасибо, мы уже поели.
Лейтенант что-то шепнул подполковнику на ухо.
— О! Идея! Товарищ Андреев, садитесь, поехали! Я вам новую ракетную установку покажу! Самая последняя модель! (И он назвал номер и аббревиатуру).
—
Спасибо, ребята, как-нибудь в следующий раз, — твердо отказался Андреев.
Мы попрощались и стали спускаться.
— Меньше знаешь, крепче спишь, — сказал Андреев.
