Как все-таки в жизни всё не предсказуемо.
Вроде всё вспомнил, всё рассказал, что прошло через меня всего лишь за 3 года солдатской службы. Кажется и вспомнить то уже больше нечего. Ан нет. Какой-то вопрос, какое-то действие или увиденный сюжет из сегодняшней действительности, и в памяти опять что-то всплывает из Кильдинской службы. Пример - последний рассказ про Глушнева Николая.
И вот опять. Накануне вижу кран грузит в полуприцеп ж/бетонные столбы, этакие дуры метров по 10. Стропальщик традиционно "под мухой" Ну и понятно - улица, дует холодный ветер, как не дёрнуть тут по стакану. Начинают погрузку, тут, плохо завязанная стропа срывается и столб разворачиваясь, бьёт по стреле крана. И в моей памяти всплывает что-то очень знакомое связанное с Кильдином.
И вот пожалуйста еще одна маленькая зарисовка, которую назову:
Издержки боевых учений.
Я хочу вам рассказать, о том, что произошло во время моей службы на последних Кильдинских учениях ПВО в нашем гарнизоне. Все прошлые учения были почти как братья близнецы, так они были похожи. Но из всех запомнилось это последнее. А почему оно осталось в памяти, вот об этом и будет мой рассказ.
Как я уже писал в своих воспоминаниях, по приезду на Кильдин, непосредственно в Техническую батарею №1, я был определён для прохождения своей службы в 1-ое отделение оператором КИПС. Кто не знает, эта аббревиатура расшифровывается как
Контрольно-испытательная передвижная станция. Служила для проверки ракеты 13Д. То есть, два раза в год, а может раз в квартал, сейчас уже не припомню, да и не в этом суть, все ракеты стоящие на дежурстве в Дивизионе и все, которые находились на хранении в сооружении ТБ, привозились к нам на проверку. Что бы сымитировать, как бы, их боевой полет и проверить исправность всех узлов. Были определённые временные нормативы, отведенные на проверку ракеты, которые, слегка потренировавшись, выполнить было, что два раза чихнуть. Во время проверок все КИПСисты освобождались от несения нарядов и хозяйственных работ. Считалось, что на КИПСе служат самые умные солдаты. Спорить не буду, раз народ так считал.
А во время боевых действий или учений, какая роль была у КИПСистов? Ведь все ракеты нами проверены, 2-ое отделение их стыкует, снаряжает, 3-е отделение заправляет всем, чем положено и вот они уже на стартовой позиции Дивизиона. Причем для погрузки ракеты 13Д никакого крана не надо было. Прямо с технологически-снаряжающей тележки, ракета перезагружалась на транспортную машину. И вперёд. Стреляй, не хочу!
А что же мы? Стоим и радостно в носу ковыряем, наблюдая за всем этим? Конечно же, нет!
На нас было возложено выполнение одной очень важной боевой задачи!!!
В одном отдельном, капитальном и теплом сооружении, у нас на позиции, хранились в «холе и неге» ракеты 125-того комплекса для Дивизиона на Западном Кильдине нашей в/ч 70148. Ракеты хранились на специальных технологических тележках, по 2 штуки на каждой. Хранились все в собранном виде. Оставалось только вставить в них пиропатроны, зарядить в пусковую установку, бабахнуть, и небо Родины опять чистое!
На этом снимке показана такая тележка, стоящая в снегу, и, обратите внимание, как лежат на ней ракеты. Эти две постоянно находились у нас за главным сооружением. Для проверки влияния на них перепадов температур. По традиции, мы, сидя на верхней, фотографировались на память. Я выложил на своей страничке №2 такое фото, но для этого рассказа пришлось спрыгнуть с ракеты, чтобы не отсвечивать (чудеса компьютерной техники позволяют это сделать безболезненно, быстро и даже не порвав галифе).
Там же в сооружении стоял автомобиль КИПС для этого комплекса. В отличие от нас, КИПСисты 125-того, ездили одной дружной командой по всем своим дивизионам, и, по их рассказам, добирались даже и до Новой Земли, если конечно не брехали, ведь кто их будет проверять.
Так вот, во время боевых действий и всяких там учений, нашей основной и наиглавнейшей задачей была отгрузка и отправка этих ракет на Запад!
Для чего использовалась вот такая транспортная техника. Обратите внимание, как она выглядит, чтобы была понятна суть моего рассказа.
Погрузка на неё изделий осуществлялась при помощи крана. Наш расчет для этих действий состоял из: 2-х операторов, водителя КИПСа, крановщика и водителя транспортной машины, который, в конечном итоге, и должен был доставить, якобы, эти ракеты нашим соседям на Западном Кильдине. Почему «якобы»? Так до меня и во время моей службы, ни разу транспортная машина туда не ходила. Дорога этого не позволяла. Поэтому отправку только имитировали.
И так. Как на практике это все осуществлялось? По боевой тревоге или во время учений открывались ворота, и выкатывалась из сооружения тележка с двумя ракетами. У крана и транспортной машины места стоянки для боевой работы были выверены до миллиметра. На крюк крана крепилось специальное транспортировочное устройство, за которое подвешивалась и перемещалась по воздуху сама ракета, которую двумя фалами страховали 2 человека из расчёта, а третий, находясь на самом верху транспортной машины, удерживая и страхуя нос ракеты, укладывал её там между 2-х носовых зажимов. Как только ракета ложилась на балку, все дружно её крепили, вворачивались подрывные устройства, и ракета была готова к отправке.
Вобщем ничего сложного. Все было отработано до мелочей и нормативы по времени всегда перекрывались. Еще, для полной ясности, скажу, что работали только с той единственной тележкой, где верхняя ракета была учебной. А на самом верху транспортной машины был, по сложившейся традиции, тот, кто в нашем расчете был самым старшим по сроку службы. В данной ситуации это был я.
На этом снимке, который Константин опубликовал после поездки на Остров в августе 2009 года, видно, что брошено много транспортных механизмов. А это значит, что на хранении ракет 125-ого комплекса стало в нашем гарнизоне не просто много, а по самые «мама не балуй». И стоящее сооружение, на этом снимке, в котором раньше хранились ракеты 13д, было, очевидно, все забито теперь уже 5В24. У нас был только один такой механизм, который переставляли с тягача на машину, в зависимости от времени года.
Ну, кажется, вводная часть закончена, всё объяснил и разжевал для тех, кто не знает службу ПВО.
Теперь суть. Где-то в начале марта 1968 года, приехала к нам внезапно очередная «высокая» проверяющая комиссия. Правда, о приезде её известно было уже за неделю. Сыграли «Боевую тревогу»! И побежали все по своим штатным местам. У нас КИПСистов, как я писал выше, место и задачи определены четко. Если требует ситуация, то выдаем ракеты 125 комплекса. Подогнали к воротам кран, транспортный тягач и, открыв ворота, выкатили тележку с двумя ракетами. Вобщем, все как всегда. Все до боли знакомо и отработано до мелочей. Стоим, ждем проверяющего. Наконец он является с нашим начальником 1-ого отделения ст. лейтенантом Разумовичем, который тут же скомандовал о начале перегрузки. Только мы подцепили ракету, как наш проверяющий громко гаркнул: «ГАЗЫ!!!». Ну, газы, так газы. Нам не привыкать. Быстро достали и натянули на наши ангельские лики святых мучеников эти, дурно пахнувшие, резинки. Сверху шапчонки с опущенными ушами напялили, все-таки зима и холодно. И, скорее автоматически, завершили погрузку нашей учебной ракеты. Автоматически, потому, что у всех стекла в этих презервативах запотели, и всё делалось практически на одном инстинкте, ничего не слыша и почти в слепую. Сделав всё, построились для возможного награждения. Видим, проверяющий что-то говорит нашему Разумовичу, размахивая руками. (Последний- в противогазе, проверяющий- нет). Разумович подбегает к нам и начинает громко кричать так, чтобы мы его услышали. А кричит он так, что из под его противогаза, клочьями вылезает пена. И мы начинаем понимать, что проверяющий требует продолжить погрузку. И водрузить на транспортную машину вторую ракету. А за три года мы работали только с одной единственной учебной. Боевую трогать категорически запрещалось! А тут эта вводная - грузить её!! И пошло чесание левой рукой правого уха через промежность.
Выяснилось, чтобы добраться до второй ракеты, сначала надо откинуть раму, на которой лежала учебная. А как это быстро сделать? Ну, никогда до этого не делали. Начинаем торопиться. Теперь уже у нас пена хлещет из под противогазов. Через стекла видимость, как в тумане. Наконец соображаем отвернуть две какие-то хреновины, которые удерживали верхнюю раму. Откидывая её, чтобы открылся доступ ко второй ракете, чуть не угробили нашего Разумовича. Каким-то чудом он успел увернуться от падающей на него тяжёлой железяки. Что-то кричит, но нам его не слышно, может даже ругается. Но мы, как на автопилоте, продолжаем боевую работу. Крановщик опустил крюк с крепёжной балкой. Молодежь начала крепить ракету, а я, этаким джейраном, взлетел на самую верхотуру транспортной машины. Втихаря просунул руку под резинку противогаза и пальцами протер стёкла. Видимость улучшилась. Знаю, что около меня сейчас должна появиться вторая ракета. И она появляется, но вместо её носа около моего появляется её задница. Как я уже ранее обращал внимание на то, как лежат ракеты на технологической тележке, видно, что у них разное направление. Это-то и не учли в запарке ни крановщик, ни стропальщики. Да и чего учитывать, коли этого, никогда не делали на тренировках. А надо было внизу ракету развернуть и крановщику стрелу крана двинуть вниз, чтобы другая ракета легла на свое место. Конечно, это сейчас обсуждать ошибки всё просто, а тогда, всё было в каком-то ажиотаже. Машу рукой крановщику, мол, убирай от меня ракету и разворачивай её. Крановщик ракету от меня убрал в сторону, а молодежь, видя, что у ракеты появилось свободное пространство, решила быстро её в воздухе развернуть на 180 градусов. Лихо, начав это делать, не учли одного, это наклона стрелы. И во время лихого разворота со всей силой чмокнули боевой частью ракеты по стреле крана. Удар прозвучал очень громко, как в колокол. Что стало с Разумовичем!? Пена, из-под его противогаза, уже поперла рекой. Проверяющий вообще потерял дар речи!
Все застыли на своих местах. Первым пришел в себя наш старлей. Он совал с себя противогаз, представив перед нами свое красное, распаренное лицо с ошалевшими от злобы глазами, и стал в извращенной форме громко просить молодых положить изделие на место, что они и сделали, не снимая противогазов, Затем к нам подошел наш проверяющий, и все стали осматривать ракету. Вмятина от удара, в том месте на корпусе, где была боевая часть, была солидная. Посмотрев на это проверяющий тихо и, как-то испуганно, сказал, что для нас Боевая работа закончена.
Я знаю, как наш комбат разрулил эту, неожиданно возникшую проблему, ну, а вы можете только догадываться, и даже предложить свой вариант, решения такого вопроса. Но нигде ни в каких отчетах этот удар и вмятина не значились. А вскоре я второй раз уехал в отпуск в родной Питер к любимым родителям, верным друзьям и весёлым девчонкам. Нет, нет, конечно же, не за эти учения, а так, за прошлые накопившиеся заслуги. Положа руку на сердце, если бы наш Разумович мог знать, что приказ о нашем ДМБ выйдет в апреле, а не как обычно, в сентябре, то хрен бы мне в зубы, а не отпуск. Но сложилось всё так, как сложилось. Вернувшись обратно, я, посоветовавшись с комбатом и получив «добро», приступил к устранению боевого ранения ракеты. Зачистил вмятину на ней, покрыл шпаклевкой, а затем, когда она высохла, отшлифовал её по контуру ракеты. Вобщем сделал, как говорят специалисты, всё «заподлицо». Ну а когда несколько раз покрыл корпус краской «Серебрянка», обнаружить место удара мог только высококлассный специалист. Остальные, кого приглашал для осмотра, найти место удара не смогли. Думаю, что когда пришлось стрелять этой ракетой по цели, заделанная вмятина ни на что не повлияла и ракета, не промахнувшись, точно попала в «яблочко»! Ну, а те, кому надо, учли наш горький опыт этих учений, и других уже солдат научили всё-таки грузить по две ракеты на транспортную машину. И даже при команде: «ГАЗЫ!!!». Хотя, кому, в наше время, нужна такая устаревшая команда! Очень хочется во всё это верить!
З.Ы.
Теперь я уже не могу твердо утверждать, что это всё. А вдруг опять что-то всплывет в памяти!?
Вход
Регистрация
FAQ
Поиск
